Абрамченко: пандемия открыла для РФ возможность войти в топ-10 поставщиков продовольствия

Абрамченко: пандемия открыла для РФ возможность войти в топ-10 поставщиков продовольствия

Источник: ТАСС
Виктория Абрамченко

Интервью: Виктория Абрамченко

Заместитель председателя правительства Российской Федерации по вопросам сельского хозяйства, экологии и оборота недвижимости

О прогнозах по урожаю и экспорту зерновых культур из России, новых трендах на мировом продовольственном рынке, а также о потенциале развития отечественного сельского хозяйства и агротуризма в интервью ТАСС рассказала вице-премьер России Виктория Абрамченко.

— Добрый день, Виктория Валериевна! Начнем с традиционного вопроса в сельском хозяйстве. Каков ваш прогноз по урожаю зерновых в этом году?
— Посевная почти завершена, идем хорошими темпами. Исходя из индикаторов урожай по зерновым будет больше 127 млн, по пшенице — больше 81 млн тонн.

Сейчас важным аспектом планирования становится вопрос по минеральным удобрениям, ценовая ситуация должна быть прогнозируемой, стабильной для аграриев. Мы получаем сообщения из регионов об ускоренном росте цен. И в текущей ситуации нужно поддержать аграриев, чтобы не снижать внесение удобрений. В противном случае это напрямую скажется на урожайности сельхозкультур и на урожае будущего года.

— А что касается экспорта зерновых из России в текущем сельхозгоду? Какой прогноз по нему? И есть ли уже понимание, каким будет экспорт зерновых в следующем сельхозгоду?
— По экспорту прогноз составляет 48 млн тонн по зерновым и больше 37 млн тонн по пшенице. По следующему сельхозгоду рано делать какие-либо предположения. Все-таки мировая экономика еще не стабилизировалась. Что будет происходить на рынках — непонятно. Но тем не менее у нас заложены параметры по посевной площади. Агротехнологии позволяют говорить, что урожай будет стабильно высоким, и мы все для этого делаем. Поэтому глобально будем стремиться наращивать несырьевой неэнергетический экспорт, в первую очередь по линии агропромышленного комплекса, и идти к высоким показателям.

— Какие ожидания по экспорту АПК в текущем году? И если говорить о перспективах, насколько мы ориентированы на несырьевой экспорт?
— Надеюсь, будет выдержана эта планка, на уровне $30 млрд.

С учетом мировой конъюнктуры мы должны соблюдать баланс интересов. Главная задача — обеспечить продовольствием внутренний рынок, потребности наших граждан.

А далее — экспортные рынки. Мы можем расширить географию поставок, в основном за счет азиатского направления, обеспечить продвижение отечественных брендов на мировом рынке, укрепить позиции наших компаний-экспортеров. Те направления развития АПК, которые мы обсуждали в стратегии развития страны до 2030 года, позволят привлечь не менее 950 млрд рублей дополнительных инвестиций в отрасль, создать свыше 400 тыс. рабочих мест.

Если говорить о трендах, то именно сейчас, когда мировая экономика в связи с пандемией переживает непростой период, перед российским АПК открывается "окно возможностей" для вхождения в топ-10 крупнейших мировых поставщиков продовольствия. Это задача амбициозная, потому что придется перестроить многие технологические и логистические цепочки, а также внести изменения в производство продуктов питания. Кроме того, нужно будет заняться цифровизацией и существенно снижать издержки предприятий по производству сельхозпродукции и предприятий перерабатывающей промышленности. Мы убеждены, что на мировых рынках конкурентоспособными будут только те предприятия, которые покажут свою эффективность и докажут безопасность и качество продукции. Но при этом, ориентируясь на крупный бизнес, не надо забывать о малых формах хозяйства. Мы должны продолжать поддерживать крестьянские фермерские хозяйства.

— Планируется ли вводить для таких форм хозяйств налоговые послабления?
— Посмотрим и в этом направлении. Но если вводить такие послабления, то нужно смотреть на приоритетные отрасли, например, экспортно ориентированные предприятия или предприятия, занимающиеся научно-технологическим развитием в сельском хозяйстве.

— Продовольственный мировой рынок в эпоху ковида сильно изменился? Какие сейчас вызовы и тренды?
— Если говорить о вызовах, о чем, например, говорят в ФАО, — это прогнозируемый рост населения Земли, урбанизация. Людям, государствам, экономикам нужно продовольствие. Это как раз к разговору о возможностях нашей страны занять лидирующие позиции как поставщика.

Что касается потребительских привычек, на днях смотрела разные отчеты аналитиков, писали, что потребители уменьшили количество походов в магазины, чтобы обезопасить себя. Это привело к взрывному росту интернет-торговли.

Многие не хотели и/или не умели готовить. В результате потребление сливочного масла выросло на 7%, сыра — на 6%, колбасы — на 3%
Наша задача — научиться быстро реагировать на изменения.

— Ежегодно сельхозпроизводство у России растет. За счет чего может быть достигнут рост в этом году?
— В сельском хозяйстве у нас существуют два основных направления: это растениеводство, по которому может быть достигнут рост примерно в 6%, и животноводство с прогнозируемым ростом производства в 4,8%. В целом рост сельхозпроизводства по итогам года у нас может составить больше 5%.

Конечно, мы должны мыслить системно и принимать системные решения. В этом году правительство приняло госпрограмму по вовлечению в оборот сельхозземель, за десять лет на нее будет выделено более 530 млрд рублей. Это позволит дать аграриям еще 13 млн га земли, которая сейчас просто простаивает, не используется, что очевидно даст новый рост производства. Нужно грамотно подойти к использованию территории, инвентаризировать эти участки, развивать наиболее подходящие для конкретной природно-климатической зоны культуры, и мы будем этим заниматься. Это точно новый импульс в развитии сельского хозяйства.

Кстати, климатические изменения — еще один стратегический вопрос для сельского хозяйства. Нам предстоит серьезно подойти к адаптации сельского хозяйства к изменению климата. В рамках распоряжения правительства по ратификации Парижского соглашения по десяти наиболее уязвимым отраслям необходимо подготовить планы адаптации. Такой план по сельскому хозяйству должен быть готов уже в конце этого года.

— Что именно необходимо сделать?
— Например, нужно планировать выращивание теплолюбивых культур — сои, кукурузы, подсолнечника — в тех субъектах, где раньше их не выращивали.

Поэтому задача — заниматься районированием сельскохозяйственных культур, селекцией и семеноводством, использовать засухоустойчивые культуры для регионов с аридным климатом. Второе — переходить на умное сельское хозяйство, с глобальным планированием, обязательной агролесомелиорацией, точечным внесением удобрений и т.д.

— Если говорить о точках роста, еще какие направления выделяете?
— Нужно четко понимать, что российское сельское хозяйство — это уже не только про зерно. Благодаря масштабным инвестициям развиваются другие направления. В частности, животноводство.

За последние 20 лет по сути создали с нуля современную и конкурентоспособную отрасль, уверенно вышли на мировой рынок с российским мясом. У нас появились сотни современных животноводческих комплексов, перерабатывающих предприятий, растут объемы производства мяса и молока. По производству свинины, мяса птицы мы вошли в топ-5 мировых производителей. В производстве говядины входим в первую десятку стран
Но есть исторически накопленные проблемы, например, высокая зависимость от импорта по племенному материалу, ветеринарным препаратам.

И новый вызов, который отчасти связан с пандемией, — ветеринарная безопасность. Никакие новые технологии производства не спасут продовольственную цепочку без надежного ветеринарного щита. Необходимо существенное повышение ветеринарной и фитосанитарной безопасности. АЧС, птичий грипп и другие болезни приносят многомиллиардные потери аграриям всего мира.

— Что, по вашему прогнозу, будет происходить с ценами на продукты? Может ли произойти такое, что на какие-то продукты рост цен будет выше, чем уровень инфляции?
— Мы наладили еженедельный мониторинг роста стоимости продуктов. Благодаря этому инструменту сейчас мы фиксируем рост выше уровня инфляции на некоторые продукты, но он носит сезонный характер. Уже стабилизировались цены на зерновые культуры и хлеб, а также на куриные яйца и мясную продукцию. Это произошло в том числе благодаря мерам поддержки со стороны государства.

— Раньше правительство уже говорило о том, что не планируется продлевать дольше 1 июня и 1 октября соглашения по стоимости масла и сахара. Остается ли в силе это намерение?
— Нет, мы не будем продлевать эти соглашения.

— То есть можно ли говорить о том, что государство больше не будет вмешиваться в бизнес-процессы?
— Вмешательство государства не очень хорошо отражается на бизнесе и разбалансирует экономику. Мы не сторонники таких мер. Это были разовые меры, "джентльменские" соглашения, которые хорошо сработали, но повторять это мы не планируем.

— Как, по вашим оценкам, сейчас обстоит ситуация с инкубационным яйцом в России? Когда планируется выйти на полное самообеспечение этой продукцией в России и отказаться от импортных инкубационных яиц?
— Я считаю, что у нас есть все возможности закрыть эту проблему к 2024 году.

— За счет чего это будет сделано?
— Во-первых, за счет мер поддержки, например, процентной ставки на создание собственных мощностей по производству инкубационного яйца для птицеводства. И второе направление: мы будем постепенно вводить и повышать ввозную пошлину для импортных инкубационных яиц. Эти меры должны работать комплексно.

— Хотелось затронуть еще несколько стратегических моментов как раз по импортозамещению. Насколько мне известно, в стратегию социально-экономического развития России вошел блок по аграрной науке. Что это за проект?
— Вместе с бизнесом, научными организациями мы широко обсуждали все инициативы. Одна из них, как вы правильно сказали, "аграрная наука", это набор мер, которые связаны с прорывом в конкретной отрасли. Мы считаем, что это шаг в будущее для агропромышленного комплекса. Именно на ускоренном научно-техническом преобразовании сельского хозяйства мы сосредоточимся на ближайшую перспективу.

Этот проект про создание независимой селекции и генетики, в том числе на основе геномных и постгеномных технологий. Нужно создать конкурентоспособные сорта и гибриды сельхозкультур, в том числе адаптированных к изменению климата. Во-вторых, обеспечить рост продуктивности сельхозживотных за счет реализации их генетического потенциала и внедрения передовых технологий кормления и содержания. Поэтому нам предстоит адаптировать зарубежные технологии и развивать селекционно-генетические центры по наиболее перспективным направлениям. В растениеводстве это картофель, кукуруза, подсолнечник и виноград.

Аграриям нужно предлагать не только семена, а готовые "пакетные" решения. Создадим цифровую базу данных генетических показателей, включая банк генетических паспортов животных и растений. Будем развивать школы российской селекции и генетики, создадим инновационный фонд для поддержки стартапов в аграрной науке на базе институтов развития, таких как ВЭБ.РФ.

— А какие показатели эффективности закладываете?
— Конечный бенефициар — граждане, у которых на столах качественная еда отечественного производства, аграрии — у которых вырастет производство, государство — с ростом вложения АПК в экономику страны.

Если конкретные показатели, то по семенам — не менее 75% отечественной селекции, а по пшенице, наиболее экспортно ориентированному направлению, — на уровне 98%. Плюс за счет использования генетического потенциала лучших мировых пород продуктивность сельхозживотных вырастет на 10%. Еще один пример — огородники будут иметь гарантированную всхожесть по овощным культурам, прежде всего "борщевому набору" и картофелю.

— Каковы, на ваш взгляд, перспективы развития агротуризма в России? Считаете ли вы это перспективным направлением?
— Вы знаете, что пандемия оставила всех дома, и теперь внутренний туризм для нас является ключевым национальным приоритетом. Вклад агротуризма в это направление мы считаем достаточным. Люди смогут не только ознакомиться с такой непростой отраслью, как сельское хозяйство, и своими руками попробовать приготовить, например, сыр, но и увидеть национальные особенности субъектов РФ, прикоснуться к самобытной культуре. И это очень важно с точки зрения регионализации и развития конкретных локальных брендов. Мы сможем, таким образом, популяризировать и гастрономические особенности регионов.

Это тесно сопряжено с развитием малых форм хозяйствования, о которых мы раньше говорили, и с развитием сельских территорий. Говоря о конкретных мерах, отмечу, что мы планируем до 2025 года поддержать 350 стартапов, направленных на развитие агротуризма. По планам благодаря программе около 8 млн человек посетят разные сельские территории именно с целью агротуризма.

При этом мы вместе с депутатами Госдумы сейчас дополнительно работаем над нормативно-правовым обеспечением этого направления, потому что это абсолютно новый термин, новое направление деятельности на сельских территориях.

— Какие регионы вы считаете самыми перспективными с точки зрения развития агротуризма?
— Мне кажется, у нас в каждом субъекте есть свои особенности. Посещая в командировках разные территории, я понимаю, что даже с точки зрения гастрономического туризма это интересно. А если к этому добавить еще экологический туризм, добавить особенности и красоты каждой территории, добавить креативные индустрии, которые активно развиваются сейчас по всем малым городам… Это что-то потрясающее.

Реклама

Возможно, вам это будет интересно