Запретные гены

Источник: Газета "Культура"

Президент подписал закон, запрещающий выращивание и ввоз генномодифицированных продуктов. Предприятиям-нарушителям грозит штраф до полумиллиона рублей. Между тем у этого шага есть и противники. В плюсах и минусах генной инженерии разбирался наш корреспондент.

Проблема ГМО актуальна не только для России. В ряде европейских государств такие продукты запрещены — ​в частности, в Австрии, Венесуэле, Греции, Польше, Швейцарии. В других — ​их распространение существенно ограничено. Отчего же то, что еще относительно недавно казалось научным прорывом, способным обеспечить население планеты недорогими продуктами с заранее заданными свойствами, сейчас вызывает настороженность? Дело в том, что до сих пор никто не может дать однозначного ответа, полезны ли они для человека. Слишком мал срок для оценки последствий. Кроме того, есть неприятное технологическое свойство: ГМО-семена можно использовать только один раз, брать их от взошедших культур и кидать в землю бесполезно — ​ничего не вырастет. Поэтому потребители таких продуктов попадают в зависимость от компаний-производителей, которые сосредоточены в основном в США.

Так что подписанный недавно «запретный» указ президента совпал с настроениями общества и большинства экспертов — ​эту позицию поддерживают свыше 80 процентов граждан. Но послушаем специалистов. Вот что говорит учредитель Южного аграрного агентства Александр Гавриленко:

— Согласно международным исследованиям употребление генетически модифицированных культур в пищу безопасно. Однако скептики считают, что результаты могли быть подправлены в пользу транснациональных компаний, зарабатывающих на ГМО миллиарды долларов. Главная проблема для оценки объективности — ​малый срок наблюдений. Где гарантии, что мутации не проявятся через десять или двадцать поколений?

То, что все больше стран отказываются признавать продукты ГМО, ударило по ведущим производителям, находящимся в так называемом «фермерском поясе» США. В мае крупнейший зерновой трейдер компания Bunge Ltd разместила на своих элеваторах в Америке предупреждение о том, что не будет покупать 19 сортов ГМО кукурузы и соевых бобов — ​они все меньше котируются на мировых рынках.

Добавлю, что сегодня активно развивается технология CRISPR — ​альтернатива «традиционным» генномодифицированным продуктам. Суть ее в том, что в растение не внедряется чужой ген, а вносится правка в собственный, «чисто природный». Сначала среди множества генов ищут нужный, ответственный за те или иные свойства, а затем его либо удаляют, либо «ремонтируют». По словам ряда специалистов, эта технология менее опасна.

В начале 2014 года Южное аграрное агентство провело опрос среди сельхозпроизводителей: «Считаете ли вы ГМО угрозой для людей?» Только 17 процентов ответили отрицательно. Зато две пятых респондентов полагают, что генная инженерия может привести к полному вырождению человечества.

Такого же мнения придерживается и профессор кафедры экономики и управления Азово-Черноморской государственной инженерной академии Павел Таранов:

— Запрет на ГМО можно лишь приветствовать. Это вопрос суверенитета в продовольственной и технологической сферах. У нас заметные геополитические противоречия с США, основной базой данных технологий, а ведь ГМО и продовольствие — ​факторы большой мировой политики. Напомню слова Киссинджера: «Кто контролирует нефть, тот контролирует государства; кто контролирует продовольствие, тот контролирует людей».

В России и так наблюдается серьезная зависимость от западных семян, посевного материала. По разным направлениям она составляет от 50 до 70 процентов. Наиболее удручающее положение по кукурузе и зерновым. И с этим-то никак не разберемся, а уж усугублять ситуацию поставками генномодифицированной продукции точно не надо. С учетом ее «одноразовости» подсадка на такую иглу чревата особо сильной «ломкой». Новые закупки пришлось бы делать ежегодно.

Говорят, что ГМО — ​толчок к повышению объемов производства. Но это актуально для Европы с ее скученностью населения и дефицитом сельхозземель. У нас же, напротив, огромное количество неиспользованных угодий.

— В среднесрочной перспективе запрет приведет российское сельское хозяйство к острейшему дефициту семенного материала, — ​предостерегает Андрей Сизов, исполнительный директор аналитического центра «СовЭкон». — ​Зависимость от импорта и без того высокая — ​это касается кукурузы, подсолнечника, сахарной свеклы... Так что запрет принципиально ничего не меняет. Использование ГМО могло бы помочь возвращению в сельхозоборот многих земель. Скажем, на Дальнем Востоке свирепствует луговой мотылек. С помощью генной инженерии удалось бы вырастить культуры, устойчивые к опасному вредителю, соответственно, увеличились бы посевные площади.

Плюс ГМО-культуры требуют значительно меньшей обработки сельхозтехникой. Сэкономленные машино-часы тоже можно потратить на освоение новых угодий. Некоторые эксперты, кроме того, опасаются, что теперь затормозится научный поиск. Однако позиция научных кругов учтена в президентском указе. Ведь запрет не касается ГМО-продукции, ввозимой исключительно для экспериментов и изысканий.

Специалисты обращают внимание и на сложность отслеживания нарушений. Несколько лет назад Российский зерновой союз приводил данные, согласно которым «неофициальные» посевы ГМО в стране составляют порядка 400 000 гектаров, примерно половина занята кукурузой. По оценке гендиректора Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрия Рылько, около 5 процентов выращенной в России кукурузы и сои — ​трансгенные. Так что указ — ​это еще полдела. Нужно обеспечить четкий контроль за его выполнением.

Реклама

Возможно, вам это будет интересно